Давным-давно я читал одну книгу: «Невыносимая легкость бытия» Милана Кундера. Тогда я мало что понимал, и уж тем более чувствовал… Мне показалось несколько странным словосочетание «Невыносимая легкость»…
Сегодня ночью, я опять ощутил это… Когда кто-то, кто занимал в твоем сердце много места… Когда этот кто-то покидает это место… Когда остается только пустое место… Когда становится легко… по-невыносимому легко… Когда легкость – это пустота… Когда ты сидишь и до бесконечности пересушиваешь одну песню…
«Занялась да задалась, да завелась
Намереньем веселым,
Да все к столичным селам
Хмельным несется вихрем.
Передел да перебор, да пересуд
Мирского всех устоев -
То дело непростое,
Померься с братом ихним.
Тонким клювом из горла узкого.
Больше есть, но нет крепче русского.
Мощи дарят да жгут недюжую,
А ну, давай-ка ее наружу...
Говори давай, говори давай, говори, говори, Великий Устюг.
Говори-давай, говори-давай, а нам Господь отпустит.
То не стон, да не вой, да не песнь,
А то мое сердечко
За старое местечко
Смешной молитвой бредит.
И не царь, да не поп, да не суд,
А может, сам Всевышний,
Гляди, да так уж вышло,
К нам на пирушку едет.
И не ведомо, что за силами.
Здесь мы можем летать бескрылыми.
Отвязались веревки жгучие,
Разговорами души мучили.
Говори - давай...
Вот и голь, да вот и боль, вот и смех
Лицом и наизнанку,
В сугроб несутся санки,
А спьяну мило-любо.
Утонуть, да угадать, обернуть
В узоры - все уменье.
Недюжее терпенье
Твои хранили губы.
Чернью вязано, ряжено серебро.
Како, Мыслете, Люди, Есть, Добро...
Небо рухнуло - кто горазд поднять?
Птиц по улицам с ребятней гонять.
То не слог, да не сруб, да не рук
Чугунное сплетенье,
А то святое пенье
Не умиравших ликов.
Вот и день, вот и год, вот и век
Да сквозь огонь кликуши,
Твои дождались уши
С другого света криков.
Сел на камень, ветрами точеный,
Вижу будто, что напророчено,
Да разве речью простою скажется?
Жди, пока с ветром все уляжется.
Храмов белых снега не тают здесь,
С горем поровну коротают здесь,
Что не боязно - то обидно здесь,
Рассужденьям конца не видно здесь.
С деревами сомкнемся голыми,
А ну столицы хлестать глаголами,
Север греет и юг одна весна,
Изрекаем любовь и радостно...
Говори-давай...»
… Сашенька, Ксюшечка, Светик, Янка, я вас всех люблю всем сердцем… Я всем сердцем рад за вас… Я всей душой желаю вам счастья, и это прекрасно, что вы его нашли… Это очень трудно… Мне хочется кричать, плакать и смеяться… и все это одновременно…
… Пустота подходит к самому горлу… в глазах мутнеет от слез… всего две капли…специально не стираю… хочу ощутить, как легкая холодная влага пробегает лучиком по щеке… я не знаю, что это… счастье или боль… радость или тяжесть…но это точно то, что не дает уснуть… будоражит… Хочется вжаться в колени и кричать: «Сейчас! Сейчас! СЕЙЧАС!»… Я есть СЕЙЧАС… Я здесь… Я дышу… Я живу… Я люблю… Я ощущаю боль… Я чувствую… Я ЕСТЬ! Я ЕСТЬ СЕЙЧАС! … Спасибо вам всем… Спасибо за это чувство… Я есть… сейчас…
Недавно написал песню, так что сейчас похвастаюсь))))
Песня корявая зато в атмосфере славянского язычества, что-то вроде наговора путника, который решил заночевать в темном лесу, от волков и прочего зверья:
Если путь будет долгим,
Не укрыться от снега,
В этом темном лесу
Я найду ночлега.
В эту долгую ночь
Я усну у осины.
Не кусай меня, волк,
Проходи мимо.
Проходи мимо.
Если я не вернусь,
Не зайду к тебе в гости,
Не ходи в темный лес
Не ищи мои кости.
Если все же найдешь,
Если снегом не скрыло,
Ты должна дать зарок
Сделать так как было.
Сделай, так как было.
Вместо глаз вставь мне
Два кусочка мела.
Улетай, воронье,
И оставь меня целым.
Вместо рук мне пришей
Две клиновых ветки.
Уходи, хищный зверь,
И оставь меня в клетке.
В моей клетке.
Вместо ног вбей мне
Два свинцовых столба.
Проходи, серый волк,
Не терзай меня.
Ведь если путь будет долгим,
И не укрыться от снега,
В этом темном лесу
Я найду ночлега.
Я найду ночлега.
В это долгую ночь
Я усну у осины.
Не кусай меня, волк,
Проходи мимо...
Проходи мимо....
Не надежные как выстрел,
Не нормальные как мысли о том, что мы - выстрел,
Бесконечные и бесформенные,
Оформленные подарочным бантиком.
Вбитые в асфальт,
Забитые как собаки,
Одинокие как люди,
И, так же как и они, бесполезные.
Кто мы?
Отражение в разбитом зеркале
Или слово из книги, сожженной коммунистами?
Три точки после буквы «х»
Или три точки перед буквой «й»?
Кто мы
В этом стечение биологической массы?
Камушки, забившиеся в ортопеды
Кого-то большого?
Маленькие-маленькие,
Как люди.
Не надежные как выстрел,
Не нормальные как попытки противостоять выстрелу,
Бесподобно безнадежные как три точки в конце предложения
Или как двоеточие и закрывающая скобка.
Ты ночевала у чужих людей
Нет, нет они к тебе не приставали
И благодарностей не требуя в ответ,
Тебе оставили окно и одеяло
Там за углом снимался новый фильм
Еще одно кино с затасканным сюжетом
И все сбежались посмотреть
А ты писала им потухшей сигаретой
Это неправда все,
Это неправда все,
Это неправда все
Лишь мишка плюшевый подслушивал в углу
Ну а слезам в подушке было так уютно
И только город разрисован был к утру
Словами, что неправда это все, и вряд ли это шутка
Там за углом снимался новый фильм
Еще одно кино с затасканным сюжетом
И все сбежались посмотреть
А ты писала им потухшей сигаретой
Это неправда все,
Это неправда все,
Это неправда все
Странно, что я вообще смог уйти из Лонгвуда живым - в этом городе полно
людей, у которых длинные языки и ни капли порядочности. Если ты только
можешь себе представить, как весь третий этаж отеля полыхает от взрыва, а
улицы завалены битым стеклом. Из горящей дискотеки вываливаются пьяные в
клубах огны и дыма. Слепой продавец утвари стучит палкой и зовет свою
собаку, лежащую мертвой на другой стороне дороги. И я, если ты только можешь
в это поверить, за рулем своего автомобиля закрыл глаза и начал молиться. Но
не Богу, а тебе. Говоря:
"Помоги мне, девочка, помоги мне
Я буду любить тебя до конца своих дней
Твои глаза темны, локоны длинны"
Иногда происходят вещи, которые мы планируем, мы сидим и рассчитываем,
как они будут действовать. Иногда наши действия являются результатом
вдохновения и поэзии. Но чья гениальная рука подняла меня на лестницу отеля
сказать последнее прощай ее волосам, белым как снег, и ее бледно-голубым
глазам, повторяя: "Я должен идти, я должен идти, бомба в корзине готова,
прости". В этом городе болтунов и подлецов, собак слепцов, бросающихся под
мои колеса, когда я так спешу к тебе из Лонгвуда, туда, где ты ждешь меня в
своем платье, голубом платье.
И я говорю: "Спасибо тебе, девочка, спасибо тебе
Я буду любить тебя до конца своих дней
Твои глаза темны, а локоны длинны"
И скача на коне через поля, зная, что где-то ты ждешь меня, в моих
джинсах нож, на полях дождь, я пою тебе о твоей красоте в голубом декольте.
"Спасибо тебе, спасибо тебе
Я буду любить тебя до конца своих дней
Твои глаза темны, локоны длинны"
И я говорю: "Спасибо тебе, девочка, спасибо тебе
Я буду любить тебя до конца своих дней
Твои глаза темны, а локоны длинны"
Стих № ∞ Чтобы понять, что такое бесконечность, наведите два зеркала друг на друга и посмотрите в отражение.
Вчерашний ветер поднимает белые пушинки,
На ковре снега множество пятен:
Здесь кого-то убили,
Здесь кто-то не дотерпел.
Бесконечная неуловимая взаимосвязь между желтыми и красными пятнами,
Бесконечные движения:
Вверх→вниз,
Вверх→вниз,
Вперед→назад ,
Вперед→назад;
Бесконечная дорога к оргазму,
Бесконечное стремление к сознанию своей реальности:
Именуем себя материальным, упиваемся своей граничностью.
Раз, два, три, четыре, пять; надо же
У меня столько же пальцев, как и у тебя:
И в чем же наша разница:))))))?!
Смотреть на экран и бесконечно пересчитывать, пытаясь убедиться вновь,
Или даже убедить:
Раз, два, три, четыре, пять,
Раз, два, три, четыре, пять,
Раз, два, три, четыре, пять,
Раз, два, три, четыре, пять,
Раз, два, три, четыре…
Что же, по крайней мере, ему нечем будет нажать на курок,
Чтобы выпустить во всю бесконечность пространства,
Сжигаемого нейлоновыми рекламами,
Бесполезный металл…
Раз, два, три,
Раз, два, три,
Раз, два, три,
Это даже не вальс,
Это – Раз, два, три,
РАЗ, два, три,
РАЗ, два, три…
Раз, два,
Раз, два,
Раз, два,
Левой, правой,
Левой, правой,
На лево, на право,
Мужчины, женщины,
Высокий, низкий,
Мертвый, живой,
Богатый, бедный,
Долгожданное воскресенье, ебанный понедельник…
Раз…
Один,
Этого даже нельзя понять или почувствовать,
В это можно только верить.
Но один – это всегда одиночество…
Или единство…
Не знаю…
Ноль…
Ничего…
Все…………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ………………………………………………………………………………………………………………………………… ……………………………………………
Кукла с оскаленным ртом,с острыми зубами
- я люблю свою куклу.
Я с ней игрался в раннем детстве,
я ее резал ножом на кухне.
Я ей ломал руки-ноги и выкалывал
красные глаза иголкой.
Я ей вырезал ноздри, ногти,
и вешал в ванной на бельевой веревке
Тибибо,потерпи немножко
- неотложка в пути.
Тибибо, кукольная любовь моя,
кукольной жизни рознь.
Кавалер орденов невинной крови,
с ним походная кухня.
Щипчики, скальпели, зажимчики...
А ты сегодня будешь моей раненой куклой.
Раз, два, три, я - доктор Тибибо,
а что у нас внутри, ну-ка?!
Четыре, пять, шесть, и ты внутри
такой же, как и все. Фу! Скука!
Тибибо, не кричи напрасно,
просто здравствуй еще один.
Тибибо, кукольная любовь моя,
кукольной жизни рознь.
Раз-два-три-четыре-пять-шесть,
я - Тибибо, хочу вас всех съесть.
